— Мам, ну сколько раз тебе повторять — ты мне никогда не в тягость. Позвонишь, и я сразу приеду.
В любое время. Даже если в три ночи решишь позвать на помощь — я уже на колесах! Хотя, знаешь, как сказал один мой знакомый: «Сын — это как зарядка для телефона: всегда нужен, а когда теряется — паника». А тут у Наташи сын Кирюша прямо герой местного масштаба: вчера кран чинил, картошку с огорода выкопал… Мама пытается отказаться — мол, неудобно уже.
Но Кирюша твёрдо стоит на своём: «Мам, я твой сын. Кому ещё картошку копать? Может, соседям?
Нет-нет!» Смеётся он так заразительно, что даже старая пыльная «девятка» будто оживает и фыркает перед тем, как укатить за поворот.
Наталья стоит у калитки в байковом халате, держит кружку с остывшим чаем и думает о том самом моменте двадцать с лишним лет назад. Тогда она могла повернуть жизнь на другую дорогу — послушать мужа или свекровь и поступить «правильно», как все советовали. Но тогда не было бы этой синей машины и этого смеха сына — того самого смеха, который греет больше любого чая. Вот только чайник уже надо ставить снова: вечером Кирюша обещал заехать опять.
А теперь представьте детство Наташи и Веры — двух сестёр с характером!
С самого рождения между ними была настоящая драма: пятилетняя Наташа обошла кроватку малышки Веруньки и заявила прямо в лоб: «Она некрасивая. Верните её обратно!» Мама смеётся, папа треплет по голове — а у Наташи внутри словно катастрофа случилась! Это был тот самый момент разделения мира на «до Веры» и «после Веры».
Можно сказать, что у них были разные планы на жизнь: одна тихо читала книжки под одеялом с фонариком (кто из нас этого не делал?), другая же устраивала концерты во дворе до поздней ночи с неизменными содранными коленками.
И вот однажды из-за парня со двора они не разговаривали целых два месяца! Жили в одной комнате, спали на соседних кроватях и молчали друг с другом так эффектно, что даже коты сбегались посмотреть это шоу молчания. Мама пыталась мирить их словами про сестринскую любовь; папа усаживал обеих за стол и произносил сакраментальное: «Вы же одна кровь!» Но ничего не помогало — видимо кровь была слишком густая для мира.
Когда Наташа вышла замуж и переехала далеко от дома (куда глаза глядят), вздохнула с облегчением: наконец-то своя жизнь без вечных концертов Веруньки!
Но семейная идиллия быстро обернулась новым сериалом под названием «Свекровь против Невестки». Зинаида Петровна была женщиной железной воли и бесконечного запаса советов по всему подряд.
Она приходила без звонка (ну кто не любит сюрпризы?), переставляла банки в кладовке так ловко, будто участвовала в чемпионате по орга-ни-за-ции пространства. Солила огурцы по собственным рецептам и учила Наташу разговаривать с мужем так тихо, чтобы тот не перенапрягался.
— Пашенька у меня мальчик тонкий,— говорила она серьёзно.— Ему покой нужен.
Наташа однажды решила пошутить:
— А от чего беречь-то? От собственного дома?
Свекровь поджала губы так крепко, что кажется могла бы открыть консервную банку взглядом; ушла… но через день вернулась с пирогом и новыми советами.
Как говорится: хочешь мира — готовь пироги!
Паша предпочитал молчать во всех этих баталиях; говорил лишь вечером перед телевизором:
— Ты же понимаешь, она не со зла…
Наташа понимала — любила же его несмотря ни на что.